если вы какбе не в курсе, что всем нам осталось только 23 года.


http://www.youtube.com/watch?v=kB01jVaUlNs


http://lurkmore.ru/%D0%92%D0%BE%D0%BB%D1%88%D0%B5%D0%B1%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D0%BA%D1%80%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D0%BA

мой женский идеал.или моя женщина внутри. сказать нечто по-настоящему сейчас нет сил.
есть в ее мимике что-то. и вообще. вообще..


http://www.youtube.com/watch?v=XqJsaqykhLo

http://www.youtube.com/watch?v=yp1zqqLB57M


http://www.youtube.com/watch?v=_CX1Qg0z2NI&feature=related

watching rachel brice, listening 'god is astronaut', reading about cyprus liturgical life is my personal anaesthesia

ну да, еще и программа stellarium.

создает ощущение какого-то особенного, пусть и не счастливого пока, но покоя. Небесного одеяла из мяты.

Эту песню в ластфм я обозначила тэгом mystically erotic.
Многозначительно.

ужасающе много опытов, связанных одним смыслом, но об этом попозже.

случайно узнала, что моя особенность в детском возрасте называется mania fantastica или что-то в таком роде, и прочитала несколько случаев.

потомки османов в количестве 1 индивид завтра прибудут в священную землю Миколаивки, что субьективно я считаю прецендентом похлеще коллайдера. Бедняжка в данную минуту познает естество укрзализныци(ойнемогу,немогуу), и это настолько абсурдно (вы не поймете, если не познали это естество до конца), что мой мозг стремится к забытию во сне как можно скорее.


А вообще я хочу лишь покоя в пещере Апокалипсиса на острове Патмос.


Все начинается совсем по-новому, совсем заново, страничка совсем перевернута, и это очень пугает. Это мое не очень любимое время жизненной цикличности.

Фрейд верил, что дети полностью поглощены безмолвным исследованием сексуальности, вопросом "Откуда?" и что это главным образом и создает пропасть между ребенком и взрослым. Однако имеются многочисленные свидетельства, что вопрос "Куда?" также очень активно занимает нас, пока мы дети, и продолжает звучать у нас в ушах на протяжении всей жизни; мы можем прямо задаваться им, бояться его, игнорировать, вытеснять, но не можем от него освободиться.
Мало кого из родителей или воспитателей маленьких детей не заставали врасплох внезапные, неожиданные вопросы ребенка о смерти. Однажды, когда мы с моим пятилетним сыном молча прогуливались по пляжу, он внезапно поднял взгляд на меня и сказал: "Понимаешь, оба моих дедушки умерли до того, как я успел с ними встретиться". Похоже, это заявление было "вершиной айсберга". Явно он долго размышлял об этом внутри себя. Я спросил его, как мог мягко, насколько часто он думает о подобных вещах, о смерти, и его ответ, произнесенный непривычно взрослым тоном, ошеломил меня: "Я никогда не перестаю думать об этом".

В другой раз он простодушно прокомментировал отъезд брата в колледж: "Теперь мы остаемся дома только втроем: ты, я и мама. Интересно, кто из нас умрет первым?"

Девочка четырех с половиной лет внезапно сказала своему отцу: "Каждый день я боюсь умереть; мне хотелось бы никогда не вырастать, чтобы никогда не умирать". Другая девочка в три с половиной года попросила положить ей на голову камень, чтобы она перестала расти и не могла состариться и умереть. Четырехлетняя девочка рыдала целые сутки после того, как узнала, что все живые существа умирают. Мать смогла ее успокоить лишь единственным способом – молчаливым подтверждением, что она, ее малышка, никогда не умрет. Другая четырехлетняя девочка через несколько дней после смерти бабушки со стороны отца, войдя дома на кухню, увидела на столе мертвого гуся с окровавленной головой, неподвижно висевшей на длинной шее. Ребенок, слышавший о смерти бабушки, но никак особенно на это известие не прореагировавший, мгновение тревожно смотрел на гуся и затем спросил у матери: "Это и есть то, что вы называете 'мертвый'?"

Эрик Эриксон рассказывает о четырехлетнем мальчике, у которого умерла бабушка и с которым ночью, после того как он увидел ее в гробу, случился эпилептоидный припадок. Месяц спустя этот ребенок нашел мертвого крота, задал вопрос о смерти, и затем у него снова были судороги. Еще через два месяца последовал третий припадок – после того, как он случайно раздавил бабочку в руке.

! Мелани Кляйн, основываясь на своем опыте анализа детей, пришла к выводу, что совсем маленький ребенок находится в близком отношении со смертью, и это отношение возникает у него значительно раньше, чем умственное знание о смерти. Кляйн утверждает, что страх смерти является частью самого раннего жизненного опыта детей. Она принимает сформулированные Фрейдом в 1923 году теорию об универсальном бессознательном влечении к смерти, но заявляет, что для того, чтобы человек выжил, у него должен быть также противовес – страх утратить жизнь. Страх смерти Кляйн считает первичным источником тревоги; следовательно, связанная с половым влечением тревога и тревога Супер-Эго – это более поздние производные феномены.
"Мои аналитические наблюдения показывают, что в бессознательном присутствует страх прекращения жизни. Я также склонна думать, что если мы признаем существование инстинкта смерти, мы должны признать и существование в глубочайших пластах психики отклика на этот инстинкт в виде страха прекращения жизни. Опасность, возникающая в результате внутрипсихической работы инстинкта смерти, – первая причина тревоги. Страх поглощения – открытое выражение страха полного уничтожения "я". Страх смерти является частью страха кастрации и не 'аналогичен' ему. Поскольку воспроизведение себе подобных – фундаментальный путь противостояния смерти, потеря половых органов должна означать утрату творческой силы, сохраняющей и продолжающей жизнь"
По моему мнению, аргумент Кляйн о страхе смерти как источнике озабоченности воспроизведением себе подобных серьезно ставит под сомнение традиционные аналитические взгляды на то, что именно "первично" в психической жизни индивида Курт Айслер, еще на раннем этапе психоаналитического движения глубоко размышлявший о смерти, также пришел к выводу, что ранний детский интерес к сексуальности является производным, вторичным по отношению к еще более раннему пугающему сознаванию смерти.
"Путем тщательного исследования этого вопроса можно показать, что интерес ребенка к генеративным процессам (то есть к "фактам жизни") – это вторая редакция более раннего и кратковременного интереса к смерти. Возможно, ребенок прекращает исследование смерти вследствие сопутствующего ей ужаса, а также ощущений полной беспомощности и, соответственно, безнадежности как-либо продвинуться в этих изысканиях"

И.Ялом - Экзистенциальная психотерапия


вот так-то. какие там еще реинкарнации. извините, под кат лень.

Странное желание много много писать. или рисовать, что получается значительно хуже. нет. лучше много много писать о многом многом.
но совсем не получается.

хочу лета как на юзерпике, чтоб утро как beirut, день как rhcp и devendra bаnhart, вечер как god is an astronaut и местами так shakira, и ночь как nick cave. ничего больше не хочу.
Хрустально чисто после всего-всего-всего осознаю, что дело все всегда во мне.


удивительнейшее лето. после всего страннейшего в пригороде Бодрума, что не подлежит пока полному рациональному осмыслению, который день Здесь (!..)Холод и Дожди (!!!).

Много событий о смертельных болезнях далеких знакомых и замечательная книга Ялома о смерти.


Я или перерождаюсь или умираю.

между прочим, о Истории всех историй, Смысле всех смыслов и т.д. уже есть компьютерная игра, сумевшая обьяснить некоторые вещи получше других некоторых вещей.

http://en.wikipedia.org/wiki/Braid_(video_game)

"Chapter 2: Time and Forgiveness"

"Tim is off on a search to rescue the Princess. She has been snatched by a
horrible and evil monster. This happened because Tim made a mistake."

"Not just one. He made many mistakes during the time they spent together, all
those years ago. Memories of their relationship have become muddled, replaced
wholesale, but one remains clear: the princess turning sharply away, her braid
lashing at him with contempt."

"He knows she tried to be forgiving, but who can just shrug away a guilty lie,
a stab in the back? Such a mistake will change a relationship irreversibly,
even if we have learned from the mistake and would never repeat it. The
princess's eyes grew narrower. She became more distant."

"Our world, with its rules of causality, has trained us to be miserly with
forgiveness. By forgiving them too readily, we can be badly hurt. But if we've
learned from a mistake and became better for it, shouldn't we be rewarded for
the learning, rather than punished for the mistake?"

"What if our world worked differently? Suppose we could tell her: 'I didn't
mean what I just said,' and she would say: 'It's okay, I understand,' and she
would not turn away, and life would really proceed as though we had never said
that thing? We could remove the damage but still be wiser for the experience."

"Tim and the Princess lounge in the castle garden, laughing together, giving
names to the colorful birds. Their mistakes are hidden from each other, tucked
away between the folds of time, safe."



"Chapter 3: Time and Mystery"

"All those years ago, Time had left the Princess behind. He had kissed her on
the neck, picked up his travel bag, and walked out the door. He regrets this,
to a degree. Now he's journeying to find her again, to show her knows how sad
it was, but also to tell her how good it was."

"For a long time, he thought they had been cultivating the perfect
relationship. He had been fiercely protective, reversing all his mistakes so
they would not touch her. Likewise, keeping a tight rein on her own mistakes,
she always pleased him."

"But to be fully couched within the comfort of a friend is a mode of existence
with severe implications. To please you perfectly, she must understand you
perfectly. Thus you cannot defy her expectations or escape her reach. Her
benevolence has circumscribed you, and your life's achievements will not reach
beyond the map she has drawn."

"Tim needed to be non-manipulable. He needed a hope of transcendence. He
needed, sometimes, to be immune to the Princess's caring touch."

"Off in the distance, Tim saw a castle where the flags flutter even when the
wind has expired, and the bread in the kitchen is always warm. A little bit of
magic."



"Chapter 4: Time and Place"

"Visiting his home for a holiday meal, Tim felt as though he had regressed to
those long-ago years when he lived under their roof, oppressed by their
insistence on upholding strange values which, to him, were meaningless. Back
then, bickering would erupt over drops of gravy spilt onto the tablecloth."

"Escaping, Tim walked in the cool air toward the university he'd attended after
moving out of his parent's home. As he distanced himself from that troubling
house, he felt the embarrassment of childhood fading into the past. But now he
stepped into all the insecurities he'd felt at the university, all the panic of
walking a social tightrope."

"Tim only felt relieved after the whole visit was over, sitting back home in
the present, steeped in contrast he saw how he'd improved so much from those
old days. This improvement, day by day, takes him ever-closer to finding the
Princess. If she exists - she must! - she will transform him, and everyone."

"He felt on his trip that every place stirs up an emotion, and every emotion
invokes a memory: a time and location. So couldn't he find the Princess now,
tonight, just by wandering from place to place and noticing how he feels? A
trail of feelings, of awe and inspiration, should lead him to that castle in
the future her arms enclosing him, her scent fills him with excitement, creates
a moment so strong he can remember it in the past."

"Immediately Tim walked out his door, the next morning, toward whatever the new
day held. He felt something like optimism."



"Chapter 5: Time and Decision"

"She never understood the impulses that drove him, never quite felt the
intensity that, over time, chiseled lines into his face. She never quite felt
close enough to him - but he held her as though she were, whispered into her
ear words that only a soul mate should receive."

"Over the remnants of dinner, they both knew the time had come. He would have
said: 'I have to go find the Princess,' but he didn't need to. Giving a final
kiss, hoisting a travel bag to his shoulder, he walked out the door. Through
all the nights that followed, she still loved him as though he stayed, to
comfort her and protect her, Princess be damned."



"Chapter 6: Hesitance"

"Perhaps in a perfect world, the ring would be a symbol of happiness. It's a
sign of ceaselessness devotion: even if he will never find the Princess, he
will always be trying. He still will wear the ring."

"But the thing makes its presence known. It shines out to others like a beacon
of warning. It makes people slow to approach. Suspicion, distrust. Interactions
are torpedoed before Tim can open his mouth."

"In time he learns to deal with the others carefully. He matches their hesitant
pace, tracing a soft path through their defenses. But this exhausts him, and it
only works to a limited degree. It doesn't get him what he needs."

"Tim begins to hide the ring in his pocket. But he can hardly bear it - too
long tucked away, that part of him might suffocate."



"Chapter 1"

"At a cafe on a bright plaza, most customers sit back, feeling the warmth of
the sun, enjoying their cold drinks. But not Tim - he barely notices the sun,
doesn't really taste his coffee. For him this corner affords a good view of the
city, and in the teetering of the passers-by, in the arc of a shop-girl's hand
as she displays tea to an interested gentleman, Tim hopes to see clues."

"That night at the cinema, fictitious adventurers lunge implausibly across the
screen. The audience here is mixed. Some are patrons of the cafe, now sitting
excitedly in the plush chairs, eager for another new flavor, for distraction
from the boredom of their easy lives. Other seats hold fisherman and farm
workers, hoping to forget their toils and rest their hands."

"Tim is here too, but he is scrutinizing the gloss on the lips on the screen,
measuring the angle of the plume of a distant helicopter crash. He thinks he
discerns a message, when the cinema closes and most of the audience strolls
down the plaza to the south, Tim goes north."

"People like Tim seem to live oppositely from the other residents of the city.
Tide and riptide, flowing against each other."

"Tim wants, like nothing else, to find the Princess, to know her at last. For
Tim this would be momentous, sparking an intense light that embraces the world,
a light that reveals the secrets long kept from us, that illuminates - or
materializes! - a final palace where we can exist in peace."

"But how would this be perceived by the other residents of the city, in the
world that flows contrariwise? The light would be intense and warm at the
beginning, but then flicker down to nothing, taking the castle with it; it
would be like burning down the place we've always called home, where we played
so innocently as children. Destroying all hope of safety, forever."



"Epilogue"

"The boy called for the girl to follow him, and he took her hand. He would
protect her; they would make their way through this oppressive castle, fighting
off the creatures made of smoke and doubt, escaping to a life of freedom. The
boy wanted to protect the girl. He held her hand, or put his arm around her
shoulders in a walking embrace, to help her feel supported and close to him
amid the impersonal throngs of Manhattan. They turned and made their way toward
the Canal St. subway station, and he picked a path through the jostling crowd."

"He worked his ruler and his compass. He inferred. He deduced. He scrutinized
the fall of an apple, the twisting of metal orbs hanging from a thread. He was
searching for the Princess, and he would not stop until he found her, for he
was hungry. He cut rats into pieces to examine their brains, implanted tungsten
posts into the skulls of water-starved monkeys.
Ghostly, she stood in front of him and looked into his eyes. “I am here,” she said.
“I am here. I want to touch you.” She pleaded: “Look at me! But he would not see her;
he only knew hot to look at the outside of things."

"He scrutinized the fall of an apple, the twisting of metal orbs hanging from a
thread. Through these clues he would find the Princess, see her face. After an
especially fervent night of tinkering, he kneeled behind a bunker in the
desert; he held a piece of welder's glass up to his eyes and waited."

"On that moment hung eternity. Time stood still. Space contracted to a
pinpoint. It was as though the earth had opened and the skies split. One felt
as though he had been privileged to witness the Birth of the World..."

"Someone near him said: 'It worked.'"

"Someone else said: 'Now we are all sons of bitches.'"

"The candy store. Everything he wanted was on the opposite side of that pane of
glass. The store was decorated in bright colors, and the scents wafting out
drove him crazy. He tried to rush for the door, or just get closer to the
glass, but he couldn't. She held him back with great strength. Why would she
hold him back? How might he break free of her grasp? He considered violence.

They had been here before on their daily walks. She didn’t mind his screams and
his shrieks, or the way he yanked painfully on her braid to make her stop.
He was too little to know better.

She picked him up and hugged him: “No, baby”, she said. He was shaking. She followed his gaze toward the treats sitting on pillows behind the glass: the chocolate bar and the magnetic monopole, the It-From-Bit and the Ethical Calculus; and so many other things, deeper inside. “Maybe when you’re older, baby,” she whispered, setting him back on his feet and leading him home, “Maybe when you’re older.”

Every day thereafter, as before, she always walked him on a route that passed in front of a candy store."

"He cannot say he has understood all of this. Possibly he's more confused now
than ever. But all these moments he's contemplated - something has occurred.
The moments feel substantial in his mind, like stones. Kneeling, reaching down
toward the closest one, running his hand across it, he finds it smooth, and
slightly cold."

"He tests the stone's weight; he finds he can lift in, and the others too. He
can fit them together to create a foundation, an embankment, a castle."

"To build a castle of appropriate size, he will need a great many stones. But
what he's got now, feels like an acceptable start..."

The End


"На разных уровнях, в доме Тима и даже в кусочках мозаики спрятано восемь звёзд. Если собрать первые 7 звёзд (что, кстати говоря, сделать весьма непросто), то у Тима на последнем уровне появится возможность встретиться с Принцессой, а также взять последнюю, восьмую звезду."

по-другому быть и не могло.

http://www.youtube.com/watch?v=8vDzxZV6EwU&feature=channel

к просмотру обязательно.

"В хорошем иранском фильме «Вкус вишни» старый турок рассказывает главному герою анекдот.

Приходит турок к врачу. «Доктор, с моим телом что-то не так. К чему ни прикоснусь, всё болит. К ноге прикоснусь — болит. К руке — болит. К животу — болит». Осмотрел доктор пришедшего и говорит ему: «С вашим телом всё в порядке. У Вас палец сломан».

Старый турок пытался сказать: когда нам кажется, что в нашей жизни всё плохо, возможно дело не в жизни, а в живущем; болен не мир, а тот орган чувств, которым мы мир воспринимаем, которым мы этот мир оцениваем."

отсюда

fucking painful, mykolaivka, would you escape with me, weird memories of being teenager это всё тэги на ластфм, которыми я отметила эту песню.
М-да, что поделать.
ностальгия
по чему-то
очень
неземному,
которое в моей личной истории так явно в этой глуповатой песне.
космос - он такой.непредсказуемый.

в последнее время у меня появилось (или усилилось?) вредное чувство: смотрю на некоторых бывших одноклассников, одногруппников, некоторых приятелей, большинство визуальных знакомых и думаю, как все таки прекрасно, что у меня все никогда так не было, нет, и надеюсь, не будет.

Но я ценю, ценю, ценю!

Думаю, что свадьба в миколаивке с танцами всех, даже самих невероятных родственников под песню софии ротару "одна калина" и devendra banhart "little boys" - это мой гештальт, да.

А даже если и нет, в жизни, оказывается, лишь совсем несколько вещей по-настояшему важны, это новое чувство для меня. действительно, умнею что ли.
раньше шепот ночных улиц весной яркостью своих картин и моей скукой не давал мне понять, что это прекрасные символы, символы. и один бокальчик коктейля (хорошо быть сензитивным типом с малым кол-вом кг)проводит меня сквозь волшебные картины больше не к какому-нибудь обожествляемому мистеру n, предмету x, в самой серцевине этих картин мысли о том, как это жить на острове Патмос.

конечно, что-то наверно много совершенно необоснованной гордости за эту силу, которая совсем не моя, а вроде Подарка на День Рождения, но ничего, думаю, со временем все будет хорошо.

еще я нашла любимый астрономический мультик своего детства, который, оказывается, называется "Большой ух"
http://www.youtube.com/watch?v=-B9GHUnj_w4


ей-Богу, эта песня и "Одна Калина" это именно то, что я чувствую сейчас, вообще в абсолютно первый раз.


За все спасибо космосу вообще и космосу в Сами.
космос - это все.

"С момента просватывания невеста оказывается на особом положении: она становится в своем доме гостьей, ничего не делающей и обязанной казаться грустной.
Существует достаточное число внешних и даже весьма показательных данных, которые, если не прямо, то во всяком случае косвенно свидетельствуют в пользу предположения об общих представлениях, лежащих в основе свадебного и похоронного ритуалов. К ним относится, например, хорошо известный факт, что в досвадебный период невеста ходит в темной, "печальной" одежде, т.е.совершенно так, как того требуют траурные обычаи. Невеста венчалась иногда в девичьем сарафане и в легком шерстяном кафтане черного цвета с белым платком на голове, которые обычно надевали при трауре.
Невесту обычно "закрывали" черной фатой, всю неделю до свадьбы невеста сидит с подругами "завешанная". Обычай "закрывания" невесты считался не только семейным, но и родовым. Суть его, безусловно, охранительная, но этот оберег имел двойственную природу. С одной стороны голова невесты покрывалась, и это было необходимым средством от вредоносной силы, исходящей от лиминального существа, с другой - это был оберег самой невесты от внешних враждебных сил. Женщина, если она нарушает этот обычай навлекает на себя "укоры" вплоть до изгнания из рода.

Во время свадебной церемонии у славян были отмечены случаи ритуального обмывания (кропления) не только молодых, но и всех, кто присутствовал на свадьбе. Здесь прямая аналогия с "очищением" всех участников похорон.
Смерть, роды и вступление в брак сопровождались особым ритуалом "прощания". Обряды "прощания с умирающим" и "прощание невесты перед вступлением в брак" были опоэтизированы и доведены до высокой степени художественного совершенствования свадебными и похоронными причитаниями.
Всевозможные одноплановые запреты, налагаемые на невесту, - табу видеть, говорить, есть, физическое удаление невесты от сторонних глаз, саван в качестве свадебного подарка - все это вместе взятое говорит о том, что истоки этих запретов ведут к определенному моменту системы инициации ( в данном случае женской), связанной с обязательным временным укрыванием посвящаемого, с одеванием "смертной одежды".
Девушка, достигшая половой зрелости, впоследствии в свадебном обряде - невеста, переходила в новую социальную категорию. По древним представлениям, такой переход был возможен только через прекращение добрачного существования, то есть через "умирание". Таким образом, совершенно очевидна функциональная близость положений невесты в свадебном обряде и посвящаемого в обряде инициации. Несмотря на то, что древние славяне, по-видимому, не знали инициации как ритуального действа в целом, основные представления этого комплекса тем не менее получили у них отражение в различных обрядах и фольклоре.
"Уходом" невесты в "иной" мир заканчивается первый период свадебного обряда. За "временной смертью" следует ее воскрешение в новом качестве. Траурные одежды предсвадебного периода меняются на праздничные, светлые. "Горемычную" поневу замужняя женщина меняет на праздничную. "Срезана" девичья коса, волосы убраны под повойник, у многих народов женщина меняет и свое имя, которое как бы воплощала в себе рождение новой души.(!)
Рождение нового человека ( замужней женщины) получило и специфическое обрядовое оформление - "поиски молодой", которую разыскивают на другой день после свадьбы.
Послебрачный ритуал поисков молодой сопоставим с другим обрядом, который носит название "поиски покойника" и представляет собой ритуальный обход жилых и хозяйственных помещений, предшествующий поминальному пиру "в современной записи этот обряд зафиксирован уже в упрощенном виде: "умрет кто - в доме все переворачивают. Ходят везде, и говорят: "Был и нету, был и нету".



Может, кому-то и не видна потрясающая аналогия, но лично я в экстатическом восторге от такого точного символизма.


И еще:

В мифе говорится, что у одного царя были три красавицы дочери, из которых красивее всех была младшая — Психея. Слава о её красоте прошла по всей земле и многие приезжали в город, где жила Психея, чтобы полюбоваться ею. Ей стали даже воздавать божеские почести, забыв Венеру Олимпийскую. Последняя оскорбилась и решила погубить соперницу. Позвав своего сына Эрота, она показала ему красавицу и велела ему вселить в неё любовь к самому отверженному, безобразному и жалкому из людей. Между тем, Психея чувствовала себя очень несчастной оттого, что все любовались ею, как бездушной красотой, и никто не искал её руки. В горе обратился её отец к милетскому оракулу, и бог ответил, что Психея, одетая в погребальные одежды, должна быть отведена на скалу для брака со смертью. Исполняя волю оракула, несчастный отец привёл Психею в указанное место и оставил её одну; вдруг дуновение ветра перенесло её в чудный дворец, обитаемый невидимыми духами, и она стала женой какого-то таинственного незримого существа. Блаженная жизнь Психеи, однако, продолжалась недолго: завистливые сестры, узнав об её благополучии, решили извести её и хитростью достигли того, что Психея нарушила данное супругу обещание — не допытываться, кто он. Злые сестры нашептали ей, что незримый супруг — дракон, который в один прекрасный день съест её с её плодом (Психея была уже беременна), и убедили её, чтобы она, вооружившись мечом и светильником, подстерегла его во время сна и убила. Доверчивая Психея послушалась, и, зажегши светильник, стала рассматривать своего супруга, который оказался прекрасным Эротом; в то время, как она, пораженная красотой его лица, любовалась спящим, со светильника упала горячая капля масла на плечо бога и он от боли проснулся. Оскорблённый вероломством и легкомыслием супруги, он улетел от неё, а она, покинутая, пошла по земле искать своего возлюбленного. Долго Психея ходила по всем землям, пока не была вынуждена преклониться перед своей соперницей, Венерой, которая долго искала случая отомстить Психее и послала уже разыскивать её Меркурия. В это время больной от ожога Эрот лежал у своей матери. Очутившись под одной кровлей с супругом, но разлученная с ним, Психея должна была сносить всяческие преследования Венеры, которая, желая ей смерти, придумывала разные невыполнимые работы. Так, Психея должна была разобрать по зернам и по родам громадную кучу смешанного зерна, достать золотое руно с бешеных овец, добыть воды из Стикса и принести из подземного царства от Персефоны (Прозерпины) ящик с чудесными притираниями. Благодаря чужой помощи, Психея сделала все, что велела ей Венера, пока, наконец, не выздоровел Эрот. Тогда он обратился к содействию верховного олимпийского бога и с помощью его добился согласия небожителей на брак с Психеей, которая получила от Зевса бессмертиe и была приобщена к сонму богов. Завистливые сестры Психеи были наказаны за свою зависть и коварство тем, что разбились об утёс, прыгнув с него в расчёте, что Зефир унесет их в волшебный дворец Эрота. От брака Психеи с Эротом родилось Наслаждение.



но так как женщины тупы и хаотичны (я в первую очередь, так что без обид), они переносят этот архетип верховной вдохновляющей, таинственной и оплодотворяющей силы на конкретного мужчины (а куда же еще с таким мозгом? лучше уж на идею вечного коммунизма, по-моему), а потом еще архетип новорожденного себя на ребенка и все.... Юлия Высоцкая и программа "Едим дома"

Уже почти ровно месяц я пытаюсь понять, что это было, но не выходит.
Тем более, не выйдет это описать.

Можно бы написать нечто вроде:

это была полная радуга. От сладкого обмена конфетками до разговоров о Боге, от совершенно раздирающе трансцендентных слез счастья до детского переливистого смеха по любому веселому поводу, от катания на плечах по набережной, когда люди тебе улыбаются и сигналят в проезжающих машинах до 2 видов роз, лилий, свечей, гвоздик, 5 видов тюльпанов, ромашек,гарячего вина с пряностями в дождливый день в по-кукольному сказочном маленьком кафе, настоящего гарячего шоколода на разноцветных подушечках, отогревая промокшие ноги, удивительно красивого голоса и давно забытого чувства "брата-любимого", что необычайно помогает в самом важном человеческом призвании, от игривого чувства лукавой женской гордости (58758584884 вещей, которых мне конечно, как бабе, очень хочется рассказать, но нет, прикусываю язык) до транскосмического умиления красотой образа Оригинала, от дикого измазывания клубникой под музыку девендра банхарт до красно-черного архаичного опыта тигров и ягуаров, от благоговейного молчания в Фенере до цыганских танцев в джазз-клубе, от хрустального взаимопонимания слушая дельфинов до пьянящего запаха грозы, от сладкого детства до алой молодости и иногда легким огненным прикосновением до измерений, где "времени больше не будет".

Можно было бы написать все это, если бы оно выражало хоть 1/100.

Это стоило того, чтобы не соглашаться ни на что другое даже в очень туманные и серые времена.

Главное, знать свою дорогу вне социальных, культурных, субкультурных, политических, национальных, гендерных составляющих (женщина, мать, дочь, подруга, любитель этой музыки и того времяпровождения, знакомая с ней, и влюбленная в него и т.д. и т.п.),идти по ней и тогда будет то, что должно быть.

в честь победы Шахтера в Стамбуле, ухохохааааааааааа!!!!!









полноееееее ухохохххххаааааааааааааа!!!!!!!!!!

Хорошо развитое ассоциативное мышление и чувствительность, которые вместе приводят к быстрому образованию ассоциативных рядов при многих раздражителях со всеми последствиями, ну и может немного ума, вот и все, что у меня есть. =)

Мужчина во мне, это нечто вроде iamx.


Если бы я была мужчиной, это было бы нечто очень похожее на эту песню, о да. Я себе это хорошо вижу.


Фрейд немного протупил из за полной нечувствительности к символизму, по-моему, женщины завидуют совсем не мужскому половому органу, а мужской психологии.

Ну и зря, по моему.
Простые и прямые мысли без священного хаоса это как то скучновато. Хотя конечно, легче, легче.

Я от себя 15 летней отличаюсь именно этой песней.

как способность видеть мир во всех цветах вместе с темными и холодными, и как тени делают картину глубже, и как никто из уважаемых мною не пришел к себе не через боль.

Люблю этот праздник и все.
Может быть, за единство ужасно символического и вполне конкретного.

Музыковеды расшифровали самую древнюю нотную запись (1400 до н.э.), найденную французскими археологами на территории Сирии.
Michael Levy сыграл её на кинноре - музыкальном инструменте, который первым упоминается в Библии.

нет, я конечно уже дома.

но кроме как .............................................................................................
ничего сказать не могу.


похоже, я впервые увидела нечто, выходящее за пределы моего мира и опыта.



Из чего-то более приземленного : первая половина дня работать в дельфинарии, вторая - смотреть на садиком и за подсвечниками в Фенере, вечером слушать джаз и пить красное вино, и вы как хотите, а я "поза зоною досяжності".

Это было невероятно.

аааааа